Институт международного бизнеса и экономикиПроектыЦентр экономических оценок и прогнозовАналитические статьи → Россия в Таможенном союзе и Всемирной торговой организации: некоторые национальные и региональные эффекты интеграции

Россия в Таможенном союзе и Всемирной торговой организации: некоторые национальные и региональные эффекты интеграции

07:27 29.10.2013

Сорокин Михаил Афанасьевич

Как известно, Россия является участником более 150 международных торговых договоров либо соглашений. Они направлены на регулирование различных аспектов внешнеторговой деятельности и упорядочение перемещение товаров, работ и услуг через государственную границу. Среди них есть действительно работающие документы, есть документы декларативного характера. Некоторые действуют сравнительно давно, некоторым – несколько месяцев отроду. Но среди всего этого многообразия договоров и соглашений, не без основания называемого учеными «эффектом спагетти» или «эффектом паутины», выделяются два. Подписав эти документы, наша страна несколько лет назад стала членом Таможенного союза России, Белоруссии и Казахстана (далее – ТС РБК), а совсем скоро станет членом Всемирной торговой организации (далее – ВТО). Кстати, исследований по оценке последствий вступления России в ВТО на несколько порядков больше, чем по оценке последствий создания ТС РБК.

Априори считалось, что создание ТС РБК принесет только положительные эффекты для всех входящих в него государств. Так во многом и произошло. С оценкой вступления России в ВТО такого единодушия нет. Но попытаемся остановиться на некоторых последствиях национального и регионального уровня, вызванных эффектами спагетти и паутины. В экономической науке оценка влияния последствий одних решений или событий на другие – достаточно сложная проблема, т.к. различные события могут иметь разноплановые последствия, а на один и тот же объект могут воздействовать различные события.  Как метко выразился  польский экономист Гжегож Колодко, в мире все происходит так, как происходит, потому, что многое происходит одновременно1.

Для начала отметим, что процессы создания ТС РБК и процессы вступления России, Беларуси и Казахстана в ВТО шли параллельно (в координатах времени). Все читатели прекрасно помнят, что ближе всех к вступлению в ВТО до создания ТС РБК был Казахстан (согласование более 70 % позиций). Затем, при создании ТС РБК наша страна заявила, что сначала нужно создать таможенный союз, а затем таможенным союзом войти в ВТО (документы ВТО предполагают вступление не только стран, но и таможенных союзов). Через несколько месяцев после создания ТС РБК Россия заявила, что будет вступать в ВТО отдельно от остальных государств, мотивировав это требованием ВТО.

ТС РБК – это не только первое реально действующее интеграционное объединение на постсоветском пространстве. В масштабах стран бывшего СССР это, несомненно, весомый шаг к преодолению последствий, по меткому выражению В.В. Путина «крупнейшей геополитической катастрофы двадцатого века». Разговоры и попытки создать некое интеграционное объединение на руинах СССР велись практически с момента его распада в 1992 году. Так, сокращение объемов товарооборота между новыми независимыми государствами с 1991 по 1996 г. составило более 50%2. Однако, с подписанием разнообразных и разноплановых торговых, политических, военных и иных соглашений между странами бывшего СССР (за 20 предшествующих лет) так и не было создано важнейшего, на наш взгляд, атрибута истинной экономической интеграции – единого таможенного пространства с переносом таможенных постов на внешние границы объединения. На пространстве ТС РБК действует Таможенный кодекс таможенного союза, и хоть подчиненность таможенных органов сохраняется за национальными государствами, на внутренних границах между его участниками таможенные посты отсутствуют.

В масштабах мира – это пятнадцатый таможенный союз на планете Земля, восьмой, объединяющий три или более государства и четвертый, имеющий таможенные посты только на внешних границах.

В масштабах России – это крупнейшая геополитическая победа нашей страны, сумевшей создать действительно работающее объединение трех близких по историческим корням, географическому положению, культуре, языку, традициям государств, открытое для других. Несомненно, ведущую роль в таможенном союзе играет Россия, определяя его асимметричный характер. Но это и объективно – наша страна в удельном весе ТС РБК имеет 89% в ВВП, 84,8% в населении, 82,4% в экспорте, 85,5% в территории. В мире практически все таможенные союзы имеют асимметричную структуру. Кроме асимметричности, ТС РБК по международной типологии является объединением класса «юг – юг»3, что в дальнейшем может явиться мощным (негативным) фактором сохранения сырьевой направленности экспорта входящих в него стран. Объединение класса «север – юг», где одна или несколько стран являются лидерами в области технологических инноваций, способно за сравнительно короткий срок «вытянуть» на должный уровень экономики остальных стран. Пример тому мы видим в Европейском союзе, где такими локомотивами являются Великобритания, Германия и Франция. К сожалению, в ТС РБК пока технологического локомотива нет, а доля сырья и топлива в структуре экспорта каждой страны в 2010 году составляла от 45 до 65%.

Создание ТС РБК шло непросто. Достаточно заметить, что (пусть только преимущественно на бумаге) союзное государство России и Белоруссии как прототип ТС РБК было создано еще в 1995 году. В 2010 году ТС РБК заработал в полной мере в плоскости таможенного законодательства, хотя база под дальнейшие интеграционные процессы заложена достаточно мощная, и соответствующие документы вступят в силу и начнут работать в последующие годы.

На данном этапе рассмотрим некоторые национальные и региональные эффекты, обусловленные разнонаправленными, на наш взгляд, процессами – работой ТС РБК и вступлением России в ВТО. Сфокусируем исследование в плоскости бюджетных доходов России и трансформации элементов системы таможенных платежей, вызванных вышеназванными процессами. В таблице 1 и на рисунке 1 представлена динамика плановых заданий и их исполнения Федеральной таможенной службой за последние 10 лет – с 2003 по 2012 годы4.

Таблица 1. Таможенные платежи в федеральном бюджете России

(млрд руб. 2003-2012 гг.)

Год

2003 

2004 

2005 

2006 

2007 

2008 

2009 

2010 

2011 

2012 

План

639,0

900,0

1 300,0

2 138,0

3 100,0

4 018,0

5 300,0

4 100,0

5 826,0

5 926,0

Факт

757,6

1 219,5

2 102,0

2 864,0

3 254,0

4 694,0

3 500,0

4 330,0

5 846,0

 

Это абсолютные показатели. Но ни для кого не секрет, что в последние годы доля таможенных платежей в доходной части федерального бюджета России уверенно составляет 50%. По самым оптимистичным прогнозам правительства, наш бюджет станет бездефицитным не раньше 2015 года. Следовательно, таможенные платежи были, есть и останутся на ближайшую перспективу мощнейшим фискальным источником, от «полноводности» (читай – «полно- денежности») которого будет зависеть возможность государства исполнять практически все свои финансовые обязательства. 

На рисунке 2 представлены доли отдельных видов таможенных платежей за 2000 год (внутренний круг) и 2010 год (внешний круг).

В блок иных таможенных платежей входят акцизы, таможенные сборы, а также прочие платежи, существовавшие до 2004 года (установленные Таможенным кодексом РФ образца 1993 г.) – этим во многом и объясняется снижение их доли.  Выделим три самые значимые группы – ввозные, вывозные пошлины и налог на добавленную стоимость (НДС), общая доля которых в сумме таможенных доходов бюджета в 2000 г. составила 92% а в 2010 г. уже – 97%. Попробуем выявить, как могут измениться суммы поступления этих таможенных платежей при вступлении России в ВТО с учетом факторов, появившихся с созданием ТС РБК.

Начнем с внутреннего налога – НДС. Здесь необходимо учесть следующие моменты. Во-первых, предельные ставки НДС в государствах ТС РБК различны. Например, в России это 18%, а в Казахстане – только 12%. При ввозе товара в адрес российской фирмы через Казахстан сначала необходимо уплатить «казахский» НДС, а затем при передаче товара российской фирме вернуть «казахский» НДС и уплатить «российский» НДС. Многие дальновидные российские бизнесмены просто регистрируют свои фирмы в Казахстане, чтобы избежать уплаты разницы в процентах (не говоря о потерянном времени). В 2011 году таких фирм было зарегистрировано около двух тысяч. Итог – бюджет России лишился определенной суммы поступлений от НДС при ввозе товаров. Несомненно, дальше процесс будет только нарастать. Во - вторых, в налоговую базу для исчисления НДС (от которой и берутся эти 18%) согласно российскому законодательству, кроме таможенной стоимости еще включаются два слагаемых – подлежащая уплате сумма ввозной таможенной пошлины и подлежащая уплате сумма акциза. Для значительного числа товаров налоговая база (относительно одной таможенной стоимости) вырастает в 2 и более раз, что в свою очередь, кратно увеличивает общую исчисленную сумму НДС по таким товарам. Однако, в соответствии с принципом национального режима ВТО (применением к ввозимым товарам режима, аналогичного тому, который применяется к отечественным товарам) такое положение неприемлемо. Россия в течение 20 лет соблюдала этот принцип очень своеобразно – ставки применялись одинаковые (для ввозимых и производимых товаров), но для ввозимых применялась искусственно «увеличенная» налоговая база. В случае вступления России в ВТО нашей стране придется отказаться от двух последних слагаемых, что также приведет к значительным снижениям объемов поступлений от НДС при ввозе товаров. В-третьих, уже идет работа над единым налоговым кодексом ТС РБК. Несомненно, будет установлена единая предельная ставка НДС для всех государств, и с большой долей вероятности можно предположить, что она будет снижена с российских 18% на несколько пунктов, что также явится фактором снижения общей собираемой суммы НДС.

С вывозными таможенными пошлинами в части перспектив сохранения объемов их поступлений в доходную часть бюджета обстановка не лучше. Во-первых, самую большую долю в сумме вывозных таможенных пошлин занимает вывозная пошлина на нефть сырую. Ставки устанавливаются (ежемесячно) в долларах США за 1 тонну и зависят прямо пропорционально от мировых цен. То есть, чем ниже мировая цена, тем меньше ставка пошлины, и наоборот. Таким образом, сумма поступлений в бюджет зависит от четырех основных факторов: объемов экспорта, мировой цены, ставки пошлины, курса национальной валюты к доллару США. Кстати, этим объясняется обратная пропорциональность направлений изменения мировых цен на нефть и курса национальной валюты, варьируемом Центральным банком нашей страны для сохранения стабильности таможенных доходов бюджета. Учитывая, что возможности транспортировки нефти по имеющимся трубопроводам практически не имеют перспектив к увеличению (за исключением трубы Восточная Сибирь – Тихий Океан), а политика государства по укреплению национальной валюты здесь играет против бюджета (за последние 10 лет потребительские цены в России увеличились по различным оценкам в 2,5 – 3,5 раза, а курс рубля к доллару США практически не изменился), остаются мировые цены, от которых мы очень сильно зависим, но влиять на них (в нужных масштабах и с нужной оперативностью), к сожалению, не можем.

Во-вторых, нашей стране как члену ВТО все равно когда-то придется отказаться от применения вывозных таможенных пошлин – такова мировая практика. Чтобы хоть как то представить, к каким потерям бюджета это может привести, достаточно вспомнить, как в 1996 г. Россия уже отказывалась от применения вывозных таможенных пошлин. Тогда за 3 последующих года сумма таможенных платежей в федеральном бюджете (в долларовом эквиваленте) снизилась на 43%. И только эффект девальвации национальной валюты после дефолта августа 1998 г., а также очень болезненный (для небольшой прослойки российского бизнеса) возврат к применению вывозных таможенных пошлин в 1999 г. позволили хоть как-то отыграть потери бюджета.

Некоторое время мы можем попытаться не выполнять обязательства по неприменению вывозных таможенных пошлин, как например, это сейчас делает Китай по редкоземельным металлам. Но если Китай обладает от 90 до 98% их мировых запасов, то доля России мировых запасах составляет до 25% по цветным металлам, 17% по газу и 12% по нефти. То есть, в координатах мировой торговли ресурсами мы не являемся «большой страной». Логика Китая по применению вывозных таможенных пошлин на те же редкоземельные металлы (используемые только в высокотехнологичных производствах) простая. Другим странам нужны редкоземельные металлы для производства электроннолучевых трубок, конденсаторов, люминофоров, микроволновых фильтров, кислородных сенсоров, радаров, лазеров, сверхпроводников, электронной керамики, миниатюрных ядерных батарей, микроволновых фильтров, катализаторов для получения полимеров? Пожалуйста. Размещайте эти производства на территории Китая. То есть, Китай предложил Евросоюзу, США и Японии реальную альтернативу, чтобы не платить вывозные таможенные пошлины за сырьевые товары. Правда, альтернативу в свою пользу.  Евросоюз, США и Япония пока забрасывают штаб-квартиру ВТО жалобами на китайские пошлины. ВТО молчит. Китай – вторая экономика мира, которая совсем скоро станет первой. Россия – не в той «весовой категории», следовательно, сохранять прежние объемы поступлений от вывозных таможенных пошлин в ближайшей перспективе не удастся. Кроме того, 17.07.2012 Финансовый комитет Сената США при единогласном одобрении законопроекта об отмене действовавшей в отношении СССР и РФ поправки Джексона-Вэника о предоставлении российской стороне статуса нормального торгового партнера, тем не менее, внес в указанный законопроект положение об ответственности торгового представителя США ежегодно докладывать курирующим эти вопросы комитетам Конгресса о том, насколько четко РФ соблюдает свои обязательства в качестве члена ВТО.

            Если вывозные таможенные пошлины носят ярко выраженный фискальный характер, то ввозные – еще и регулирующий. При создании ТС РБК одной самых сложных проблем было формирование Единого таможенного тарифа – свода ставок ввозных таможенных пошлин. До создания ТС РБК у каждой страны был свой таможенный тариф. При этом Белоруссии пришлось пойти на снижение ставок на одежду, ковры, обувь, электромашины и оборудование, согласиться с повышением ставок на мясную продукцию, мясные консервы, некоторые позиции металлопродукции, легковые автомобили. Казахстан согласился снизить ставки на сельхозпродукцию, шкуры и повысить на древесину, бытовую технику, одежду и обувь, лекарства, транспортные средства (в том числе автомобили). России пришлось снизить ставки на шерсть и ткани, электрооборудование, некоторые пищевые продукты, а повысить – на мясные консервы, дрожжи, мясную продукцию, отдельные предметы одежды. Данный перечень взаимных уступок не носит исчерпывающего характера, а лишь подчеркивает многосложность процесса (даже без учета конкретных уровней изменения ранее применяемых ставок). С 01.01.2010 Единый таможенный тариф ТС РБК заработал.

Россия первой из участников ТС РБК вступила в ВТО. Одним из требований ВТО является либерализация внешнеторгового регулирования путем постепенного снижения средневзвешенной ставки ввозных таможенных пошлин. И Россия взяла на себя обязательство их снизить с 9,64% (средневзвешенная ставка Единого таможенного тарифа ТС РБК) в 2011 г. до 7,4% в 2014 г. Однако, согласно прогнозу социально-экономического развития России на 2012-2014 годы, подготовленном Минэкономразвития, средневзвешенная ставка Единого таможенного тарифа ТС РБК в 2014 г. должна составить 9,15% (рисунок 3).

То есть, при выполнении договоренностей о вступлении в ВТО, Россия вынуждена будет снижать в одностороннем порядке средневзвешенную ставку ввозных таможенных пошлин быстрее, чем остальные страны ТС РБК. Следовательно, ввозить одинаковые товары (при прочих равных условиях) через российскую границу будет дешевле. На первый взгляд может показаться, что это положительно скажется на бюджете (выше привлекательность - больше товарооборот - больше сумма взимаемых таможенных платежей). Но здесь должны быть решены, по крайней мере, две проблемы. Во-первых, в условиях единого таможенного тарифа действует соглашение о распределении сумм ввозных таможенных пошлин (как известно, доли стран в общей сумме в свое время были согласованы с большим трудом). Теперь придется возвращаться к этому достаточно болезненному как по форме, так и по содержанию, вопросу. Во-вторых, документами ВТО предусматривается выплата компенсаций странам, «недополучившим» суммы ввозных таможенных пошлин из-за снижения их другими. Так что очень может быть, что России придется выплачивать компенсации Белоруссии и Казахстану. А это также потери бюджета. 

В итоге даже такой краткий анализ приводит нас к выводу, что доходная часть бюджета России может в ближайшем будущем значительно «похудеть». В налоговой политике это называется «выпадающие доходы». Чем их возможно и главное, можно восполнить? Еще недавно (в период очередных думских и президентских выборов) была надежда на налог на богатство. Однако, выборы прошли, а министр финансов Антон Германович Силуанов в интервью телеканалу «Вести-24» 30.05.2012 сказал, что «налог на роскошь будет носить не фискальный, а социальный характер». Надежда на пополнение бюджета за счет налогообложения сверх- богатства  сверхбогатых граждан умерла. Есть еще предприятия, находящиеся в государственной собственности и госпакеты акций в коммерческих предприятиях. Программа приватизации на 2012 год – самая амбициозная за все историю новой России, но даже при самом оптимистичном сценарии государство планирует получить не более 300 млрд рублей.  Это примерно 5% от плана по таможенным платежам на этот же год.

В любом учебнике по налоговой системе можно найти ставшую классической фразу «Налоги всегда будут повышаться там, где их легче всего собрать». И процент собираемости таможенных платежей (в силу объективных причин) всегда опережал процент собираемости внутренних налогов. Как теперь, в случае неминуемого снижения ставок ввозных таможенных пошлин, сохранить возможность почти 100% собираемости – да еще и в прежних объемах?

Ответ, который нашло наше государство, напрямую относится к дальневосточникам. Проиллюстрируем его на примере, пожалуй, самой интересной темы - ввоза подержанных иномарок. Как компенсировать снижение пошлин, вызванное уже упомянутыми обязательствами перед ВТО? Если бы перед нами действительно стояла задача повышения конкурентоспособности отечественных автозаводов (а не фискальная – наполнение бюджета), то можно было бы применить нетарифные ограничения (это не противоречит правилам ВТО), ограничивающие ввоз. Но ведь задача – не потерять те фискальные доходы, что приносил ввоз иномарок. В этом случае вполне возможно появление новых видов сборов, способных компенсировать «выпадающие доходы» при снижении ставок пошлин. Такие предложения уже активно обсуждаются в правительстве. Например, введен «утилизационный сбор», который будет расходоваться государством на (будущую в дальнейшем, возможную) утилизацию ввозимого (уже сейчас) автомобиля. Установлены и конкретные ставки – от нескольких десятков до сотен тысяч рублей за один автомобиль. Чтобы не отклоняться от принципа национального режима ВТО, такой же сбор введен и для отечественных авто, но ставку сделать в разы меньше.

Таким образом, известный в экономической науке «эффект колеи» в нашей стране принимает существенно иной вид, когда в действительности «выпадающие доходы» от внешнеэкономической деятельности в случае (неминуемого) снижения ставок ввозных таможенных пошлин будут изыматься посредством введения новых видов налогов или сборов, взимаемых при ввозе фактически с тех же объектов, что и пошлины. То есть, для ВТО мы пошлины снизили, а для бюджета платежи (от внешнеторговой деятельности) как-то сохранили.

Создание ТС РБК создало еще один эффект для дальневосточников – «эффект безбилетника». В классической институциональной теории он заключается в том, что субъекты экономической деятельности получают выгоды при наименьших (либо отсутствующих затратах) на изменение в свою пользу эксплицитного измерения институциональной матрицы. Речь о так называемых «челноках». Как известно, в начале 2006 г. Россия ужесточила правила беспошлинного ввоза товаров физическими лицами. Сделано это было в ответ на сопротивление Китая по вступлению нашей страны в ВТО. Точнее, в ответ на запредельные претензии и условия сопредельного государства в виде свободного (безвизового) перемещения рабочей силы из КНР на российский Дальний Восток. Учитывая, что с помощью челноков в нашу страну беспошлинно ввозилось (по различны оценкам) от 20 до 40% товаров народного потребления, ужесточение правил «отрезвило» руководство КНР. Вопрос о безвизовом перемещении рабочей силы был снят. Тем не менее, весовые квоты и частота перемещения играли роль барьера на пути практически неконтролируемого и беспошлинного импорта. С июля 2010 г. вступили в силу единые для всех стран ТС РБК правила перемещения товаров физическими лицами, которые по сравнению с прежними российскими оказались очень либеральными. Эффект безбилетника ощутили не обычные туристы, отдыхающие на курортах Азии, Африки, Европы. Эффект безбилетника ощутили туристические фирмы Дальнего Востока, завязанные на челночный бизнес с Китайскими партнерами. На самом деле эффект безбилетника позволил не устранить дисфункцию эксплицитной нормы, а только лишь завуалировать эту дисфункцию, снова перейдя в имплицитную плоскость.

Из вышеупомянутой трубы ВСТО нашему региону тоже много не «вытечет». Помимо того, что для нефти из ряда месторождений Восточной Сибири установлена льготная ставка вывозной таможенной пошлины (примерно 49% от реальной), в отступление от первоначального соглашения, Китай добился переноса строительства всех нефтеперерабатывающих заводов с территории российского Дальнего Востока на свою территорию. А нефтехимия – высокотехнологичная отрасль. Чем не параллель с редкоземельными металлами, только наоборот.

Одним из эффектов глобализации в целом и интеграции, в частности, является эффект географического расслоения или эффект дезинтеграционного воздействия на отдельные регионы страны интеграции национальной экономики в мировое пространство. Факт, что товарооборот между странами ТС РБК в 2010 году увеличился на 30%, а в 2011 – на 40%, уже стал историей. Но кто ощутил на себе благотворное влияние столь значительного роста товарооборота? Владельцы ритейловых сетей или крупный российский капитал, получивший доступ к активам крупнейших предприятий Казахстана и Белоруссии, либо пенсионеры и многодетные семьи Тернейского района в Приморье? Оценивая наши достижения, мы зачастую оперируем изменением основных экономических индикаторов. Но что это дает конкретному человеку? Насколько стало доступней решение жилищной проблемы для сельского учителя, насколько стали доступней заграничные вояжи для российских пенсионеров, насколько комфортней и уверенней в завтрашнем дне почувствовал себя каждый из нас? Ответа на эти и многие другие вопросы пока нет.

В плоскости управления развитием регионов России участие в ТС РБК и ВТО должно принести результаты не только на мако- и микро- ровнях. Как уже отмечалось выше, очень велик риск дезинтеграции регионов внутри России. Эту тенденцию отметил и глава правительства Д.А. Медведев 02.07.2012 на совещании по проблемам развития Дальнего Востока и Забайкалья, проводимом во Владивостоке. Только решением этой очень серьезной проблемы должно быть не только упрощение возможностей для перемещения граждан внутри страны путем развития транспортной инфраструктуры. Главным, на наш взгляд, должно быть создание (на базе использования возможностей интеграции), выражаясь терминами Д. Норта, региональной системы и структуры стимулов5, призванной обеспечить предпринимателям более широкие возможности для конкурентной борьбы, а жителям – более комфортные условия жизни.

Пока успехи нашей страны на пути интеграции измеряются преимущественно увеличением товарооборота с другими странами, увеличением объема иностранных инвестиций и т.д., а не показателями, характеризующими уровень жизни отдельного человека на отдельной территории нашей необъятной Родины, мы можем «проспать» нарастание вышеназванных дезинтеграционных (не столько даже экономических, сколько социальных) эффектов.

Поднятые в данной статье вопросы можно с поразительной точностью проиллюстрировать словами замечательного российского ученого Олега Сергеевича Сухарева, который в заключении своего двухтомника «Институциональная теория и экономическая политика» написал: «Люди заканчивают свой путь, как его заканчивает и капитал. Функционирование этих двух факторов производства подчиняется жизненному циклу. Но если капитал, изнашиваясь, бесследно исчезает, заменяясь новым, создаваемым на основе предыдущего капитала, то люди требуют большего финансирования, и тоже, вроде бы уходят, в иной мир, но они окупают вложения в себя подготовкой будущих поколений и оставляют информацию – память о своих действиях, достижениях, что абсолютно не свойственно капиталу. Экономистам нужно учитывать эту фундаментальную особенность»6.

  1. Колодко Г.В. Мир в движении: пер. с пол. / Г.В. Колодко. – М.: Магистр, 2009. С. 59.
  2. Торговая политика и значение вступления в ВТО для развития России и стран СНГ. Руководство / Под ред. Дэвида Г. Тара. – М.: Издательство «Весь мир», 2006. С. 209.
  3. Шеров-Игнатьев В.Г. Таможенные союзы в интегрирующемся мире. – СПб.: Изд. дом С.-Петерб. гос. ун-та, 2012. С. 39.
  4. Официальный сайт Федеральной таможенной службы России - http://www.customs.ru/
  5. Норт Д. Понимание процесса экономических изменений/пер с англ. К. Мартынова, Н. Эльдмана; Гос. ун-т – Высшая школа экономики. – М.: Изд. дом Гос. ун-та Высшая школа экономики, 2010. С. 125.
  6. Сухарев О.С. Институциональная теория и экономическая политика: К новой теории передаточного механизма в макроэкономике: в 2 т. Т 2.:  Экономическая политика. Проблемы теоретического описания и практической реализации / О.С. Сухарев. – М.: ЗАО «Издательство «Экономика», 2007. С. 787.
рисунки.doc(.doc, 139.5 Kb)